Иконописная мастерская "Фавор" г.Москва - иконы на заказ, фрески, резьба, иконостасы, мерные иконы, роспись храмов, икона богоматери
Подписка на рассылку новостей

Московская иконописная мастерская "Фавор" уже более 20 лет трудится в области иконописания, фрески, резьбы по дереву, и других видах церковного искусства.

Все работы в нашей мастерской выполняются по традиционному иконописному канону, опираясь на древнерусскую, византийскую, сербскую школы иконописи.

В настоящее время работы (иконостасы, фреска , резьба) мастерской находятся в России, Австралии, Германии, Франции, Голландии, США, Финляндии, и других странах ближнего и дальнего зарубежья.

Наши мастера  Вершинин Сергей, Красиков Максим, Чубаков Артемий, Паромов Алексей, резчик Владимир Быков.

Партнерские ссылки

 

Главная   Библиотека    

Рождество Христово Обрезание Сретение

До явления во плоти Сына Божия, все сошествия Божии на землю были лишь приготовлением к совершеннейшему и величайшему из сошествий. Господь сходил в рай по падении человека, для возвращения ему суда правды и, вместе с тем, суда милости и обетования о будущем и победительном "Семени жены"; сходил в водах потопных, для истребления обветшавшаго в беззакониях человечества и для возрождения среди его Церкви; сходил для смешения языков, чтобы отделить Церковь Свою от едмномыслия гордых столпотворителей; сходил в знамениях и откровениях к праотцам; сходил в громах и молнии на Синае; и все это для того, чтобы предуготовить путь Христу. "3акон - говорит Апостол - пестун бысть во Христа". "То были Его явления, - замечает св. Амфилохий - а не обращение с людьми; а здесь возвещается обращение Его с человеками, а не просто явление".

И в какое время Отец Небесный благоизволил послать на землю единороднаго Сына Своего! "В последок дней", - во время всемирнаго обладания языческаго Кесаря, когда род человеческий нисшел в самую глубину нечестия и беззаконий, грех умножился и распространился по лицу всей земли. Реки беззакония разливались по земле, и гордость до небес поднимала свою голову, люди служили диаволу, забыв и оставя Творца своего; всюду курились идольския жертвы и, казалось, самый воздух осквернен был дымом этих жертв. Поразительны черты, в каких изображает Апостол Павел языческий мир пред пришествием Господа Иисуса Христа (Римл. I, 21 - 32). Господь как-бы ждал, пока исполнится мира зла, чтобы воплощением Своим исцелить все виды его в страждущем человечестве.

В то время, как языческий мир, погрязая в пороках, опытно убеждался в своем безсилии возставить себя из глубины нравственнаго падения, Израилю, избранному народу Божию, от времени до времени были даваемы пророчества и обетования об имеющем придти Искупителе. В этих пророчествах, между прочим, были предуказаны время и место пришествия Его.

«Семьдесят седмиц определено на народ твой и святый град твой - говорил Архангел св. Пророку Даниилу - чтобы пресечь беззакония, прекратить грехи, покрыть вину, привести правду вечную, запечатлеть видение и пророка и помазать святейшее (т. е. Meccию, Христа). Итак, знай и разумей: от исхода слова (указа царскаго) о возвращении и строении Иepycaлима до Помазанника - князя (Христа) семь седмиц и шестьдесят две седмицы: улицы и стены созиждутся в безпокойное время. По шестидесяти двух седмицах Помазанник (Христос) будет убит... но в одну седмицу Он укрепит завет со многими и в полседмице прекратятся жертва и приношение". Понимая под седмицами седмицы годов, получаем от исхода "слова" до явления Мессии - 486 1/2 лет. Издано было три указа о построении Иерусалима после плена Вавилонскаго: при Кире, Персидском царе, в 217 г. от построения Рима; при Артаксерксе Лонгимане, Персидском царе, в 295 от построения Рима, и при том же Артаксерксе, в 308 от построения Рима. Таким образом, внимательные Израильтяне могли приблизительно знать время пришествия Мессии, прилагая к упомянутым числам лета Данииловых седмиц.

Св. Пророк Михей предрекал о месте рождения Мессии в следующих словах: "Вифлеем-Ефрафа! Хотя ты мал, чтоб быт в числе тысяч Иудиных: (но) из Тебя произойдет мне Тот, Который будет Владыкою Израиля, Котораго происхождение от начала, от дней вечных". Пророк ясно указывает, что Владыка Израилев родится в Вифлееме, в колене Иудином. О Мессии понимали это пророчество древние Иудеи, как видно из Евангельской истории.

Эти и многия другия пророчества ясно указывали на Meccию. Из них наиболее укоренившимся в памяти восточных народов представляется пророчество Валаама, произнесенное по приглашению Моавитскаго царя Валака: "возсияет звезда от Иакова и возникнет скипетр от Израиля". Древние Иудейские толкователи, объясняя это пророчество о Мессии, дают ему такой смысл: «возстанет князь из дому Иакова и помазан будет Мессия из дому Израиля . А так как в этом пророчестве рождение Мессии представляется под образом явления звезды, то в восточных народных ожиданиях Мессии могло появиться предание и о звезде Мессии. С самых отдаленных времен пришествие Спасителя поставлялось в какую-то таинственную связь с периодическими изменениями в движении светил небесных и с основными кругами времени. Так существовало верование, что пришествие Мессии последует не прежде, как по истечении известнаго периода, к концу великаго года, который слагался из множества лет лунных, и что, вместе с тем, последует явление на небе необыкновенной звезды, как небеснаго знамения, возвещающаго рождение Мессии. Где источник этих преданий востока - сказать трудно, но иудейские раввины полагают, что первоначальныя откровения об этом сообщены были Богом еще древним патриархам, любившим погружаться мыслию в созерцание величественнаго зрелища звезднаго неба, а от них, по преданию, перешли к другим народам. Но эти народы древняго миpa приписывали предсказания о Спасителе своим знаменитым и ученым мужам: Персы и Халдеи - Зороастру, Китайцы - Конфуцию и т. д. Кому-бы, впрочем, они ни приписывали предсказания о будущем Избавителе, неоспоримо, что у различных народов света, разделенных огромным пространством, было в силее ожидание пришествия Искупителя.

Когда приблизилось время Рождества Христова, предсказанное Пророком Даниилом: то не Иудеи только, но и все жители востока были взволнованы ожиданием необыкновенных перемен в мире. Светоний говорит, что «по всему востоку носилось древнее и постоянное предание, будто бы в пророчествах сказано, что в это время Иудеи завладеют всем». Почти в таких-же словах высказывается и римский историк Тацит: "общим убеждением было, что в древних священных письменах говорится, будто в это самое время восток возымет силу и Иудеи овладеют всем".

И о месте явления ожидаемого Искупителя знали не только Иудеи, но и другие народы, хотя весьма темно и неопределенно. Замечательно в этом отношении то, что ни один народ, за исключением Иудесв, не осмеливался отнести славу явления Мессии к себе, вопреки народной гордости, по которой иные даже производили свое происхождение от богов. Европейцы и Американцы ожидали пришествия Спасителя с востока, Индейцы же и Китайцы с запада; но все неясно разумели под этим Иудею.

Соединение всех народов под властию Рима было в то время особенным знамением со стороны Промысла Божия. Если правители этих народов не все могли, подобно Киру, исповедывать, что царства земныя дал им Господь Бог Небесный, и еще менее понимать, что это удивительное соединенис народов в одно царство было приготовлением и переходом к образованию «единаго стада» в духовном царстве мира и любви, «еже во веки не разсыплется»: то все же они ясно видели, что события ведут мир к какому-то единству и что величие Рима устрояется по определению неисповедимых судеб Божиих. Единоначалие Августа - по замечанию св. Церкви - тем сильнее способствовало к упразднению многобожия идолов и к утверждению единаго владычества Божества.

Напрасно человекоугодливые мудрецы и льстецы старались применять предания и пророчества о явлении Искупителя к разным царям и вельможам Римским; взоры всех обращены были на Иудею, откуда ожидали Царя, имеющаго овладеть вселенною. В самом Риме, некто Мараф, незадолго до Рождества Христова, говорил, что "природа порождает царя, которому должен покориться народ Римский". Римский сенат, устрашенный этим объявлением, запретил воспитывать всех детей, рожденных в том году.

Год Рождества Христова определить вполне точным образом нельзя было уже и в древности, вследствие различных перемен в счете времени. В настоящее время считают 1904-й год от Рождества Христова. Это летосчисление, принятое всеми христианскими народоми, обязано своим происхождением римскому монаху VI века Дионисию Малому; он вычислил, что Рождество Христово совершилось в 754 г. от основания Рима. Но в позднейшее время, по наиболее тщательному изследованию германскаго астронома Иделера, полагают, что Рождество Христово совершилось в 747 году от построения Рима. Таким образом, для исправления счета Дионисиева, надо бы прибавить семь лет к текущему году и считать теперь не 1904-й год от Р. Хр., а 1911-й.

Месяц и число Рождества Господа Иисуса Христа определяются следующими соображениями. Евангелист Лука говорит, что когда Спаситель крестился, Ему было около 30 лет. Древнее предание говорить, что крещение Его совершилось 6 января. Итак, если Иисус Христос имел 30 лет в январе, при крещении, то и день рождения Его не мог быть далеко от этого числа. Еще ближе можно определить этот день из другаго указания Евангелиста Луки, из котораго видно, что Иисус Христос был по человечеству моложе 6-ю месяцами, чем Иоанн Креститель; а время рождения Иоанна стоит в связи со временем явления Архангела Гавриила Захарии во храме. Точныя вычисления показывают, что чреда Захарии во храме была между 2 и 9 октября 746 года от построения Рима; 10-го октября св. Захария уже мог возвратиться в свой дом. Если с этого времени считать непраздность Елисаветы: то время зачатия Пресвятою Девою Mapиею Господа, совершившееся в шестой месяц после этого события, надобно полагать после 10-го марта, а именно, на основании древнейшаго предания, 25 марта 747 г. от построения Рима. Если продолжить от этого дня исчисление вперед,то 25 Декабря 747 г. от построения Рима является днем рождества Христова. И по иудейскому преданию, Мессия должен родиться в месяце кислеве, девятом в году по еврейскому счисление, а по нашему в декабре.

В Евангельском повествовании св. Луки говорится, что пред Рождеством Христовым вышло императорское повеление о всенародной переписи и что эта перепись была первою при Августе, во время управления Квириния Сириею. Без сомнения, повелитель Рима руководствовался в этом случае побуждениями, основанными на политических разсчетах, финансовых потребностях и проч.; но нельзя не удивиться, как эти побуждения содействовали к тому, чтобы древнее пророчество о рождении Спасителя в Вифлееме исполнилось во всей своей силе, без малейшаго нарушения человеческой свободы. Благоговея пред неисповедимостию путей Промысла Божия, нельзя, вместе с тем, не признать великаго самоуничижения воплотившагося Искупителя, которому Он должен был подвергнуться вследствие этой переписи. Имя Иисуса, сладчайшее и достопокланяемое имя, пред величием Котораго, по словам Апостола, преклоняется всякое колено небесных, земных и преисподних, от самаго рождения должно было быть вписано в число подданных языческаго властителя, на ряду с именами последних из сынов Израилевых.

Гордый Кесарь, непроизвольно содействовавший исполнению Богодухновеннаго пророчества и не знавший того, что вписавшийся в число подданных его имеет вписать всех верующих в книгу вечной жизни, быть может, не удостоил и взглянуть на списки имен, присланные из Иудеи; но те, которым поручено было дело переписи, конечно, не раз читали среди имен потомков Давидовых преславное имя Иисуса. Вот первый титул "слуги и раба", который благоугодно было принять на Себя, по рождении, Сыну Божию для того, чтобы нас, рабов греха, сделать свободными!

Так как у Евреев был обычай вести народныя переписи по коленам, племенам и родам, и всякое колено, племя и род имели свои определенные города и праотеческия места: то повеление Кесаря привело в движение всю Иудею: идяху - говорит Евангелист - вси написатися, кождо во свой град. Вифлеем, находившийся в колене Иудовом, а потому называемый (в отличие от Завулонова) Иудовым, был местом рождения Давида, и почитался фамильным городом потомков его: сюда и должен был отправиться для переписи Иосиф, как потомок Давида. Мария же, как женщина, не подлежавшая народной переписи, могла, повидимому, остаться дома, чего требовало даже и положение Ея. Но Она, по свидетельству предания, была единственною в роде и не имела ни братьев, ни сестер, а такия женщины, как наследницы имени и всего родоваго имущества, подлежали переписи наравне с мужчинами. И потому благодатная Дева, как происходившая также от рода Давидова, несмотря на последние дни чревоношения, должна была оставить мирный домашний кров и идти в Свой родовой Вифлеем, чтобы внести и Свое имя в список поданных Кесаря. Взыде Иосиф от Галилеи из града Назарета во Иудею, во град Давидова, иже нарицается Вифлеем, зане быти ему от дому и отечества Давидова, написатися с Мариею, обрученною ему женою, сущею непраздною.

Этими последними словами Евангелист как-бы говорит, что Пресвятая Мария хотя и была "непраздною" (почему Ей лучше было бы оставаться дома, тем более, что путешествие в Вифлеем, в течение нескольких суток, могло быть сопряжено для Нея с крайним неудобством и трудностями), но Она пошла, повинуясь указу Римскаго властителя, ибо "несть власть, аще не от Бога". Св. обручник, вероятно, утешал себя мыслию, что пребывание их в Вифлееме не продолжится, и что он, воздав "кесарево Кесареви", успеет еще возвратиться в дом для воздаяния "Богови Божияго". Но скоро ли могла дойти очередь до беднаго древоделя Назаретскаго, который хотя вместе с нареченною женою своею и происходил по прямой линии от царя Давида, но теперь не имел других отличий, кроме старческих, убеленных сединами, волос и внутренней чистоты души, ведомой единому лишь Богу?

Более трех суток требуется и для обыкновеннаго пути из Назарета в Вифлеем; а при указанных обстоятельствах святой четы, она могла гораздо медленнее совершить этот путь. И потому неудивительно, что при окончании столь продолжительнаго путешествия по гористой местности, и в том положении, в котором находилась Святая Дева, Она утомилась и, приближаясь к Вифлеему, почувствовала потребность в отдохновении. Предание говорит, что невдалеке от Вифлеема утомленная дорогою Преблагословенная сошла с осляти, на котораго садилась лишь в крайней усталости, и, увидев в стороне от дороги большой камень, возлегла на него и опочила, а по отдохновении снова шествовала до Вифлеема.

Бысть, егда быша тамо, исиолнишася дние родити Ей. Едва святая чета достигла города, как наступило для Марии время родить; Иосиф тщательно искал в городе удобнаго помещения и не мог найти никакого убежища. Город был мал; а множество народа, пришедшаго для переписи, до такой степени переполнило все дома, что не было в них свободнаго уголка для святых путешественников. Все общественные гостиницы, как ни шумно и безпокойно было бы в них помещение, были также обойдены святым старцем: но ни в одной из них не нашлось пристанища. Да и кто из городских жителей, при подобных обстоятельствах, мог радушно принять под кров свой беднаго старца и Деву? Не бо им места в обители. Оставалось одно: искать какого-либо приюта в городских окрестностях. Невдалеке от ворот Вифлеемских, к востоку от города, близ источника Давидова, находилась пещера в каменистой горе. В эту пещеру, во время бури, загоняли скот, и пастухи, в часы зноя и непогоды, могли находить в ней себе убежище; к ней примыкали поля; а внутри ея, в стене, было изсечено углубление, служившее вместо яслей для животных. Святая Дева и Иосиф принуждены были, по необходимости, воспользоваться этою пещерою и там искать крова и убежища от зимняго холода для себя и ожидаемаго Младенца.

Но провидение Отца Небеснаго видимо бдело над судьбою возлюбленнаго Сына Своего, потому что если бы для святой четы, пред временем рождения Иисуса Христа, и нашлось какое-либо свободное место в одной из обителей Вифлеемских; то, взамен этой выгоды, сколько было бы неприятностей от шума народнаго, от любопытства людей праздных, от молвы и соглядатайства! Между тем как здесь, - в этом вертепе, за городом, Святая Дева и Иосиф были одни, среди полной тишины и свободы, далеко от суетливаго сообщества людей и лишь в невидимом присутствни Бога и святых Ангелов.

В этой пещере Благодатная Приснодева, 25 декабря, одна, без посторонней помощи и безболезненно, родила воплощенное Слово - Господа нашего Иисуса Христа. О безболезненном рождении Пресвятою Девою Господа так свидетельствует св. Андрей Критский: "Матерь не познала болезней рождения, свойственных раждающим... Дева, родив безсеменно зачатаго, пребыла непорочною Девою и сохранила невредимыми ключи девства". Согласно с этим замечает и св. Иоанн Дамаскин: "Христос раждается в обыкновенное время, по исполнении девяти месяцев, в начале десятаго, по обыкновенному закону естестественнаго чревоношения, но безболезненно, превыше закона рождения... и за рождением не последовали болезни". Прекрасно говорить и наш святитель Димитрий Ростовский о Пречистой Матери: "яже бо зача без мужа и сласти, та и роди без болезни и без повреждения девическия чистоты своея... Родися от Нея Христос, якоже плод от древа,... пройде от Нея Христос, якоже луча солнечная стекло или кристалл проходит; не сокрушает, ни оскверняет стекла и кристалла проходящая луча, но паче чисто его просвещает: не вредил девства Пречистая Матери Своея Солнце правды Христос... но паче усугубил чистоту Ея, освятив Ю прошествием Своим". По рождении Спасителя, равно как и до рождения Его, Пресвятая Богоматерь пребыла Девою, почему св. Церковь исповедует ее Приснодевою.

Евангелист говорит, что Пресвятая Дева роди Сына Своего Первенца, и повит Ею, и положи Ею в яслех. Это значит, что Святая Дева Сама приняла в Свои пречистая руки Божественнаго Младенца, Сама повила Его пеленами и положила в яслях и Сама же, без сомнения, первая поверглась на колени пред Тем, Который удостоил Ее быть Своею Материю. Св. Афанасий Александрийский, разсуждая о вышеприведенных словах Евангелиста, говорит: "смотри, сколь таинственно раждает Дева: Сама раждает - Сама и пеленает? У обыкновенных жен это делается иначе: оне раждают с помощию других и младенцев их пеленают другия; не так у Пресвятой Девы: Она Мать - без труда и без мук; Она и бабка Сама Себе, никем не наученная; Она не допустила никого коснуться нечистыми руками до рожденнаго Ею Пречистаго Младенца, а Сама служит родившемуся от Нея и превысшему Ея; Сама пеленает и кладет Его в ясли".

Церковная песнь, воспоминая собьгтие в вертепе, так выражает чувства Богоматери: "держа на руках воплотившагося и облекшагося в человеческий образ Господа и лобызая Его, как Мать, Она говорила Ему: Чадо сладчайшее! как Я держу Тебя на руках Моих, - Тебя, содержащаго рукою Своею все творение"? С трепетом и в благоговейном безмолвии преклонился Иосиф пред Пречистою Материю и Божественным Сыном Ея и, в радостном изумлении созерцая преестественное чудо, он познавал непреложно, что родившийся - воистину есть от Духа Святаго. "Таинство странное вижу и преславное! Небо - вертеп; престол херувимский - Деву; ясли - вместилище, в нихже возлеже невместимый Христос Бог": таковы благоговейныя мысли верующей души, при виде Вифлеемскаго события! "Иосиф еще несовершенно знал Пресвятую Деву - замечает св. Афанасий - доколе Она не родила Сына Своего Первенца. Когда же Она родила, тогда Иосиф познал, что такое Она была и чем быть сподобилась. Познал, увидев Деву, питающую млеком, и с тем вместе цвет девства Своего сохранившую нетленным: увидел Деву родившую, но обыкновенных болезней рождения не испытавшую. Тогда-то он уразумел, что об этой Деве именно и написал Исаия: "се Дева во чреве приимет"!

"Ангелы - воспевает св. Церковь - окружали ясли, как престол херувимский, и, взирая на лежащаго в них Владыку, в вертепе видели небо". Изъясняя мысль св. Церкви, св. Григoрий Heoкecapийский говорит: "Тот, Кто исполнил во всей точности сокровенный Божественный совет, положенный в небе, возлег в вертепе, в ложеснах матерних и в яслях; сонмы ангелов окружали Его... Он сидел на небе одесную Отца и в тоже время почивал в яслях, как-бы превыше херувимов... Но поистине и здесь, в яслях, был тогда престол херувимский, престол царский, Святое святых, престол единый, славный на земле, престол святейший, потому что на нем почивал Христос Бог наш".

Ни что же делала в это время остальная, осиянная славою Божию, земля? Что делали остальныя чада Израиля, Иерусалим и мир языческий? Все они были погружены в глубокий сон - и нравственный, и физический. Никто не знал, что совершилось величайшее и радостнейшее событие, никто не спешил поклониться родившемуся Спасителю! Иудеи, с своими книжниками и фарисеями почивавшие на законе, ждали Meccию окруженнаго cлaвою; a мир языческий утопал в пороках у подножия мнимых богов своих.

В Вифлееме и его окрестностях тоже спали, но спали не все: в долине Вифлеемской, окруженной со всех сторон горами и находившейся в разстоянии получаса ходьбы от пещеры, стоял столп, где, по обыкновению того времени, пастухи останавливались на ночлег с своими стадами. Здесь в это время пастыри держали ночную стражу у стад своих.

И се Ангел Господень ста в них, и слава Господня осия их Явление блистающаго лучезарным светом Ангела, среди полуночнаго мрака, покрывающаго окрестности Вифлеема, должно было представить зрелище самое величественное. При виде такого дивнаго события, пастыри убояшася - говорит Евангелист - страхом велиим. К земным, шумным явлениям природы и даже к опасностям давно уже привыкли они: но представившееся им теперь явно выходило за пределы всего земнаго; простая душа их была близка к небесному, но немощная плоть затрепетала, - и поэтому прежде радостной вести нужно было уничтожить их страх. И рече им Ангел: не бойтеся! Се бо благовествую вам радость велию, яже будет всем людем. Не бойтесь! я вестник не гнева и скорби, а веселия и радости, - такой радости, которая теперь возвещается только вам одним, а со временем должна исполнить веселием всех и каждаго. Яко родися вам днесь Спас, иже есть Христос Господь, во граде, Давидове: Тот обетованный Мессия, Котораго ожидали все, и одно имя Котораго способно успокоить и возвеселить каждаго истиннаго Израильтянина, уже родился в Вифлееме, столь славном воспоминаниями о Давиде. "Но где найти нам рожденнаго и родившую в городе, наполненном множеством народа"? думали изумленные и обрадованные пастыри. Ангел предупредил их, сказав: и се вам знамение: обрящете младенца повита, лежаща в яслех! Едва только небесный вестник окончил свое благовествование, как внезапу бысть со Ангелом множество вой небесных, хвалящих Бога и глаголющих: слава в вышних Богу, и на земли мир, во человецех благоволение!

Поразительное зрелище! Благодатная песнь! Но к чему они пред пастырями? Зачем такое множество небесных воинств, когда достаточно было и одного мирнаго вестника? Небожители явились здесь, потому что восторга их о совершившемся не вмещало и самое небо. Они видели Начальника миpa, сшедшаго на землю для водворения мира. До Него не было на земле мира ни внутри, ни вне человека, ни на поверхности земли, ни в отношениях ея к небу, повсюду была лишь одна вражда, и род человеческий был отчужден от Бога. Тучи гнева Божия висели над ним, - и что же? Бог, столько оскорбленный людьми, вдруг Сам приходит к ним, приносит им мир и изливает на них поток любви и мидосердия! Все это видят Ангелы видят, дивятся, радуются - и с благоговением восклицают: "слава в вышних Богу, и на земли мир, во человецех благоволение"!

Таким образом, опять не законоучителям и мудрецам, не вельможам и сильным Израиля открыл Господь спасительную тайну Свою: они спали; а бодрствовали лишь одни простые пастыри. Пастыри делаются первыми благовестниками о рождестве Спасителя; и не в храме Иерусалимском, не в стенах синагог славится это рождество, а под открытым небом, в знак того, что не для одних Иудеев, но и для всей вселенной возсияла радость спасения.

По отшествии Ангелов пастыри направились к Вифлеему: приидоша, поспешшеся, и обретоша Мариам же и Иосифа, и Младенца лежаща во яслех. Как там, при явлении Ангелов, было все величественно: так здесь, напротив, встретила пастырей одна простота и убожество. Но после видения и благовестия ангельскаго, божественное Отроча, среди убожества, Его окружавшаго, казалось им еще святее и досточтимее.

Поклонившись Спасителю Своему и Его Преблагословенной Матери, пастыри, как-бы в вознаграждение того, чего по внешности недоставало новорожденному Царю Израилеву, поспешили разсказать все виденное и слышанное ими от Ангелов. Эти разсказы были отрадою безневестной Матери и святому старцу, которые в столь важныя для них минуты, повидимому, были всеми оставлены на произвол случая. Мариам - замечает Евангелист - соблюдаше вся глаголы сия, слагающи в сердце Своем, т. е. соображала слышанное Ею от Ангела при благовещении с совершившимся теперь и, видя, что события подтверждают слова его, духовно радовалась. Но и при этой радости, Она не изменила своего смирения, и при слушании разсказов пастырей, чистейший восторг Ея был проникнут прежним глубоким чувством Ея преданности воле Божией.

ОБРЕЗАНИЕ

По преданию св. Отцев, Пресвятая Дева с Богомладенцем и Иосифом провела 40 дней в Вифлеемской пещере; здесь, в силу древняго завета, заключеннаго некогда Богом с Авраамом, над Младенцем, как происходившим по плоти от племени Авраамова, в осьмой день по рождении Его, совершено было обрезание, при чем Он был наречен "Иисусом", - тем именем, о котором благовествовал Архангел Пресвятой Деве и которое объявил он Иосифу во сне, при разъяснении тревожных сомнений его.

Этот священный обряд состоял из обрезания камнем, или каменным ножем, крайней плоти младенца, что составляло знак вечнаго завета Божия с потомством Авраама, подобно как в христианской Церкви крещение. По высокому значению своему, обрезание было вменяемо в обязанность всем вступающим в общество народа Божия, не исключая рабов и домочадцев. Каждый еврей мог совершать его, но преимущественно глава семейства; в случае нужды, даже и женщины. За несоблюдение же его угрожаемо было лишением жизни. Обрезание служило отличительным признаком избраннаго народа Божия, отделяя его от всех других народов, и глубоко уважалось евреями, как знак народнаго превосходства. Вместе с тем этот обряд имел другое, нравственное значение, указывая на внутреннюю потребность духовной чистоты и святости, которыя должны отличать от других избранный народ. Получив свое начало в лице Авраама, закон обрезания был подтвержден на Синае; и сам Моисей на себе дознал необходимость его, потому что Бог угрожал и ему смертию за необрезание сына его.

Имя, принятое Божественным Младенцем при обрезании, означало, что рожденный есть Спаситель или Искупитель грешнаго рода человеческаго, как изъяснил Ангел. Таким образом - как поет св. Церковь - "не устыдеся всеблагий Бог плотским обрезанием обрезатися, но даде Самого Себе образ и начертание всем ко спасению: ибо закона Творец законная исполняет" и "всех Господь обрезание терпит, и человеческая прегрешения, яко благ, обрезует".

СРЕТЕНИЕ

По наступлении сороковаго дня, Пресвятая Дева, в сопровождении Иосифа, отправилась с Божественным Сыном Своим из Вифлеема в Иерусалим, чтобы там во храме исполнить все, предписанное законом. По закону Моисея, мать, разрешившаяся от бремени младенцем мужескаго пола, считалась в продолжение 7 дней нечистою и, кроме того, 33 дня не могла приходить в храм, участвовать в общественном Богослужении и прикасаться к чему-либо священному; по прошествии же сорокодневнаго срока очищения, являлась во храм и приносила очистительную жертву: женщина достаточнаго состояния - однолетнято агнца во всесояжение и молодаго голубя или горлицу в жертву за грех; а бедная - двух горлиц или двух голубей. Если младенец был новорожденный, то, сверх этого обряда очищения над матерью, совершался еще над младенцем обряд представления его Богу. Эта заповедь о первенцах была дана народу Иудейскому в память благодеяний Божиих, явленных ему при изведении из Египта, когда Ангел, погубив в одну ночь всех первенцов египетских, не коснулся еврейских.

Посвященные, таким образом, Богу первенцы назначаемы были на служение Ему в храме, становясь как-бы собственностию Его. Но как для служения скинии и храму предназначены были левиты, которых Господь принял от сынов Израильских вместо первенцов, то за последних, приносимых от всех других колен, определен был выкуп, состоявший из пяти священных сиклей серебра.

Для исполнения этих обрядов Матерь Божия пришла в Иерусалимский храм, хотя, как неискусобрачная и Пречистая Дева - по замечанию св. Василия Великаго - "не была повинна закону очищения". Как Сам Господь говорил, что Он пришел не разорить закон, но исполнить и возвести к лучшему разумению: так и Пречистая Матерь Его благоволила подчинить Себя обрядовым предписаниям из уважения к закону. Не превозносясь чистотою Своей, Она, по чувству высокаго смирения, включила Себя в число обыкновенных жен и, придя к вратам храма, стала на месте, назначенном для родивших. Она принесла с Собою и жертву, но не такую, какую приносили люди богатые; Ея жертва была жертва убогих; и то, чего недоставало для этой смиренной жертвы в ценности, с избытком было вознаграждаемо чувствами чистейшей души Богоматери. Св. Димитрий Ростовский представляет Ее, при этом случае, обращающею к Богу Отцу такия слова: «се Сын Твой, Отче Предвечный! Се Сын Твой, Котораго Ты послал воплотиться от Меня для спасения человеков! Ты родил Его прежде веков без матери; а Я, по Твоему благоволению, родила Его без мужа! Се единственный плод Мой, зачатый во Мне Духом Твоим Святым, и Ты один ведаешь, как Он произошел от Меня! Он Мой первенец; но Твой первейший, Тебе единосущный и собезначальный, сошедший от Тебя, но не отшедший от Божества Твоего! Приими же Первенца Твоего, с Которым Ты сотворил века и повелел возсиять свету! Приими воплотившееся от Меня Слово Твое, Которым Ты утвердил небеса, поставил землю и собрал воды морей! Приими Сына Твоего от Меня, земной Матери Его! Устрой Его и Меня по воле Твоей Святой, и да искуплен будет Его плотию и кровию весь род человеческий»!

В то время, когда Пречистая Дева Матерь предстала в храме для исполнения того, что следовало по закону очищения и искупления первороднаго, пришел сюда и убеленный сединами старец Симеон, как-бы представлявший в лице своем Ветхий Завет, столь пламенно ожидавший пришествия Мессии.

Евангелие не показывает, к какому званию принадлежал Симеон; но, основываясь на том, что он принял в храме младенца Иисуса на свои руки, и при этом восхвалил Бога и благословил Mapию и Иосифа, некоторые полагают, что он был одним из священников Иерусалимскаго храма. В церковных песнопениях он называется "священнодетелем", "священником", даже "святителем", "приносившим законныя жертвы и очищавшим кровными жертвами люди Израилевы". Но Евангелие, умолчав о звании Симеона, изображает нравственныя качества его, говоря, что он был человек "праведный и благочестивый", исполнял все обязанности в отношении к Богу и ближнему и имел живую веру в грядущаго Избавителя, с нетерпением ожидая дня Его пришествия; почему и сделался избранным сосудом Святаго Духа: "Дух бе Свят в нем." Подобно другим ветхозаветным праведникам, Симеон готовился умереть с верою в непреложное исполнение обетований Божиих, но Дух Святый возвестил ему, что он получить лучший жребий и не умрет, не увидев Христа Господня. После такого откровения он жил в надежде узреть Спасителя и с радостию созерцал продолжение долгих дней своих.

В день принесения Предвечнаго Младенца в храм, Дух Святый поведел Симеону идти туда и дал уразуметь ему значение всего совершающагося. Приблизившись к Благодатной, Симеон взял из рук Ея Новорожденнаго и, благословив Бога, в священном восторге воскликнул: ныне отпущаеши раба Твоего, Владыко, по глаголу Твоему с миром! "Долго я ждал Тебя - как-бы так говорил он - желая зреть Твое пришествие; и вот наступил тот блажевный час, о котором Ты предсказал мне, Владыка жизни и смерти! Теперь нет уже более причин держать меня на земле; равно как и для меня нет уже отныне более целей жизни, ибо главнейшая мною уже достигнута: я увидел Тебя, и теперь могу успокоиться! Обрадованный, иду я благовествовать радость праотцам и отцам моим, яко видесте очи мои спасение Твое! Я видел Того, Кого так пламенно желали видеть патриархи и цари наши, видел - не образ и не сень, а самое спасение Твое, еже ecu уготовал пред лицем всех людей! Спасение Твое не для одних Иудеев, но для всего рода человеческаго. О, всеблагий Отец светов! пред грядущим мне мраком смерти я вижу спасительный свет Твой: Он возсиял здесь, но разольется по всему миpy и осияет все народы; это свет в откровение языков, имеющий разогнать гибельную тьму их: он явит им Тебя, истиннаго Бога и Спасителя, и, происходя из среды Тобой хранимаго народа, послужит в славу людей Твоих - Израиля! От востока солнца и до запада, народы всех стран и колен, отныне и до века, ублажать патриархов наших, веровавших в грядущаго Искупителя; прославят Пророков, предсказывавших о пришествии Его; прославят и ублажат Пресвятую Матерь Твою; боголепно почтут и Твою, о Иегова, Божественную вечную славу! Так, Владыко Господи, я вижу теперь и осязаю жизнь и свет всего мира, славу Израиля и утеху всех верующих. Чувствую, что, приложив это сокровище к моему сердцу, я соединился с Ним духом, и потому нет уже для меня более жизни земной, а открыта жизнь новая, безконечная! Отпусти же, Владыко, раба Твоего, по глаголу Твоему, с миром"!

После этого Симеон, возвращая Младенца в руки Матери и благословляя Ее и Иосифа, провидя, силою того же всеозаряющаго Духа Божия, крестныя страдания Богочеловека и слезы, и скорбь Его Пречистой Матери, предрек Ей грядущее, близко касающееся Ея: се лежит Сей на падение и на возстание многим во Израили и в знамение пререкаемо (предмет пререканий); и Тебе, же Самой душу пройдет оружие, яко да открыются от многих сердец помышления. "Не все воспользуются спасением, принесенным на землю Божественным Сыном Твоим: для тех, которые уверуют в Него и последуют за Ним, Он будет возстанием от падения; для тех же, которые, по упорству во зле, отвергнут Его, Он послужит поводом к конечному падению и гибели их. Во всю жизнь Он будет предметом противоречий. Одни будут говорить о Нем: "благ есть"; другие же: "ни, но льстить народы" (Иоан. 7, 12). Одни скажут: "сей есть Христос"; а другие: "еда от Галилеи Христос приходит"? (Иоан. 7, 41). Одни станут доказывать: "егда Христос приидет, еда больша знамения сотворит, яже Сей творит"?(Иоан. 7, 31); а другие будут утверждать, что Он изгоняет бесы "о веельзевуле, князе бесовстем" (Матф. 12, 24). Одни с твердостию исповедуют: "Господь мой и Бог мой"! (Иоан. 20, 28); другие возразят: "еда кто от князь верова в Онь, или от фарисей"? (Иоан. 7,48). Невврю последних достигнет до того, что они предадут смерти своего Спасителя; Ты будешь скорбящею свидетельницею этого, и Тебе Самой душу пройдет оружие. Терние венца Его, гвозди, копие, Его прободающее, Его раны, Его болезненный вопль и умирающй взор - глубоко пронзят Твое материнское сердце. Не менее сильно уязвят Тебя безчисленныя и безотрадныя мысли, быстро сменяющияся в душе, удрученной горем". "Симеон пророчествует - говорит св. Василий Великий - о Mapии стоящей у креста, видящей и слышащей совершающееся: после слов Гавриила, после уразумения тайны Божественного зачатия, после многих чудес, посетит и Твою душу никоторое сомнение". "Оружием или мечем, проходящим душу - говорит св. Амфилохий, епископ Иконийский - названы здесь безчисленныя и безотрадныя помышления, разсекающия и поражающия душу и сердце, и пременившияся в радость и веселие только после Воскресения".

В это время, когда так беседовал праведный Симеон с Пречистою Дeвою, подошла к ним св. Анна и также начала, под наитием Духа Святаго, провозглашать Младенцу хваления и благодарить за Него Бога от имени всех ожидавших Его пришествия. Евангелист говорит о ней: Анна Пророчица... в той час приставши, исповедашеся Господеви и глаголаше о Нем всем чающим избавления в Иерусалиме. Анна - по свидетельству св. Писания - была дочь Фануилова, от колена Асирова, которое отличалось богатством, силою и, вместе с тем, кротостию и миролюбием. По прошествии семи лет супружества лишившись мужа, она всецело посвятила себя на служению Богу в храме Иерусалимском и проводила там все время в посте, молитве и трудах. Среди этих подвигов благочестия, она достигла 84 лет, и Господь даровал ей великое счастие узреть и прославить Свое Божественное воплощение.

VII.

ПОКЛОНЕНИЕ ВОЛХВОВ. - БЕГСТВО СВЯТАГО СЕМЕЙСТВА В ЕГИПЕТ.

Кpоме ангельскаго благовестия Вифлеемским пастырям, Рождество Христово не менее чудесно предвозвещено было и на отдаленном Востоке - языческим волхвам. Эти волхвы первее многих Иудеев удостоились поклониться родившемуся Господу, послужить Ему своими приношениями и даже сделаться провозвестниками Его пришествия на землю для всего Иерусалима и самых первосвященников Иудейских. Дети далекаго Востока уже приветствовали наступление дня радости и мира для людей; между тем, как Иудеи, непрестанно читавшие закон, все еще находились в глубоком усыплении, и самая столица просвещения Иудейскаго получила первую весть о Мессии - от мудрецов иноплеменных.

Иисусу рождшуся в Вифлееме Иудейстем, во дни Ирода царя, се волсви от восток приидоша во Иерусалим. Такое соответствие времени прихода волхвов с рождением Спасителя показывает, что в пути их все было предопределено и предусмотрено свыше, и что этот путь начался еще задолго до времени рождения Христа. Но кто же были эти первопризванные из тьмы идолослужения в чудный свет благодати? Св. Евангелист Матфей называет их “волхвами”. У Пророка Даниила это имя означает мудраго наблюдателя природы и еще ближе - астронома. Весьма вероятно, что и волхвы, пришедшие поклониться рождшемуся Спасителю, принадлежали к числу наблюдателей природы и особенно звезднаго неба; они были - души чистыя и благоговейныя, способныя принимать Божественныя внушения и им повиноваться: так Сам Бог удостоивает их во сне наставления. “Они называются волхвами - замечает св. Димитрий Ростовский - не потому, чтобы занимались волхвованиями, а потому, что так назывались у Персов, Ефиопов и разных восточных народов люди мудрые и наблюдатели звезд”. Им явилась таинственная чудодейственная звезда и призывала мудрость человеческую на поклонение Премудрости Божией.

Св. Евангелист Матфей не определяет в частности страны, из которой пришли волхвы в Иерусалим, но говорит вообще: “волсви от восток приидоша”, что и подало повод производить их из Халдеи, Персии, Аравии и даже из Индии. Но древнее предание Церкви, подтверждаемое свидетельствами Василия Великаго, Златоуста, Климента, Кирилла Александрийскаго, Феодорита и Льва Великаго, называет отечеством волхвов Персию. Это предание проливает свет и на свойство мудрости волхов, чуждой суеверия, и на то, каким образом люди, жившие среди тьмы язычества, могли знать о родившемся Царе Иудейском. Известно, что Пророк Даниил жил долгое время в Персии и был там главою мудрых. С большою вероятностию можно думать, что он передал своим сотрудникам и подчиненным утешительное откровение о пришествии Мессии, который составлял также чаяние языков, и особенно, - что книга его пророчеств была известна Халдейским и Персидским мудрецам. После этого “седмины” Данииловы могли быть у них, преемственно из рода в род, предметом особеннаго внимания и ожидания. И вот, когда приблизилось окончание этих седмин, а явление необыкновенной звезды убедило мудрецов, что Искупитель, нетерпеливо ожидаемый и самыми язычниками, явился на земле: они устремили взоры свои на Иудею и Иерусалим. Избраннейшие из этих мудрецов (быть может, от лица разсеяннаго в разных местах своего ученаго общества) отправились в Иерусалим для поклонения родившемуся Царю.

Это необыкновенное небесное явление составляло предмет разных предположений св. Отцев и учителей церковных. Св. Иоанн Златоуст замечает, что это была некая ангельская невидимая сила, являвшаяся в виде звезды и названная в св. Писании звездою в том смысле, в каком Ангел, предводивший ополчением Израиля в пустыне, называется столпом облачным и столпом огненным. Такое мнение принимается с уважением и св. Димитрием Ростовским. Иные же почитают звезду, приведшую волхвов к Спасителю, небесным телом, или звездою в собственном смысле. Нередко великия события в нравственном мире предварялись или сопровождались знамениями в видимой природе, по какому-то взаимному, хотя недоведомому для человека, соотношению мира духовнаго с вещественным; так, в час смерти Искупителя солнце померкло и земля сотряслась, и пред будущим славным пришествием Его на землю будут знамения в солнце, луне и звездах. Неудивительно, если восточные мудрецы, видя окончание седмин Данииловых и появление необыкновенной звезды, поняли, что она знаменует рождение ожидаемаго Спасителя мира.

Вступив в Иерусалим, волхвы стали разспрашивать: "где родился Царь Иудейский, котораго звезду они видели на востоке”? Св. Димитрий Ростовский разсуждал об этом так: если бы звезда путеводная заблистала в Иерусалиме, то народ, увидя ее, устремился бы непременно за нею, по стопам волхвов, ко Христу. Тогда и Ирод, с завистливыми начальниками синагоги, проведал бы о рождении Божественнаго Младенца и, воспламененный завистью, убил бы Его прежде времени. Казалось бы, что эта проповедь волхвов о рождении столь долго ожиданнаго миром Избавителя произведет всеобщую радость в Иерусалиме; но произошло совсем другое: слышав Ирод царь смутися, и весь Иерусалим с ним. Ирод с тревогою услышал о таинственной звезде, потому что незадолго перед этим фарисеи предсказали ему падение его престола. “Ирод, будучи царем - говорит св. Иоанн Златоуст - испугался за себя и детей своих”. Иерусалимляне же трепетали, не зная, как и на ком он выместит свою тревогу. Но этот хитрый тиран не вдруг, однакоже, решился обнаружить свои настоящия чувства к заявленному Царю Иудейскому. Узнав наперед от первосвященников и книжников еврейских, где по их мнению должно родиться Христу, он тайно призвал к себе волхвов, выведал от них время появления звезды и, составив в душе своей богоубийственный план, послал их в Вифлеем, прося с своей стороны тщательно разведать об искомом Младенце: шедше испытайте известно о Отрочати: егда же обрящете, возвестите ми, яко да и аз шед поклонюся ему.

Выслушав царя, волхвы пошли из Иерусалима в Вифлеем. И вот звезда, которую они видели на востоке, вновь заблистала и пошла опять пред ними, до тех пор, пока не остановилась над местом, где был Младенец. Увидев звезду остановившеюся, волхвы поняли, что здесь находится искомый Младенец, и "возрадовашася радостию велиею зело”.

Войдя в храмину, где был Младенец, волхвы падше поклонишася Ему, и отверзше сокровища своя, принесоша Ему дары: злато и ливан и смирну. Они выразили не одно только наружное поклонение Младенцу, как Богу - падше, но, согласно с древнею заповедию Господнею: “да не явишися пред Господем Богом твоим тощь”, поднесли Ему что было драгоценнейшаго у них и что считалось достойным Покланяемаго: ливан или ладон - знак священства - как Богу, потому что курение благовоний всегда употреблялось при службах и молитвах, возносимых к Господу; золото - как Царю веков, по обычаю дани подданных царю своему; и смирну - знак жизни и смерти - как искупительной Жертве крестною смертию за грехи всего мира. Эти дары волхвов пророчески соответствовали тройственному служению Meccии, как Первосвященника, Царя и Пророка.

С изумлением и радостью взирали Пречистая Матерь и св. обручник Ея на это благоговейное поклонение и со вниманием слушали слова волхвов: о чудной звезде, благодатном веровании и далеком путешествии их.

Достигнув цели своего странствования и получив во сне повеление от Ангела не извещать Ирода о месте нахождения Младенца, волхвы возвратились каждый в свою сторону, где и начали проповедывать о пришествии в мир Христа Сына Божия.

Хитро и лукаво было покушение Ирода, задумавшаго воспрепятствовать исполнению намерений Божиих. Но это было чистое безумие! Как безсильна хитрость, вооружающаяся против Бога! Как она слаба и ничтожна в сравнении с премудростию Божиею! Когда волхвы, по повелению Божию, отправились из Вифлеема другим путем, оставив без исполнения поручение, данное им от царя: тогда Ирод испытал, может быть в первый раз в жизни, что утонченная хитрость его обманула лишь его самого. И в злобной душе осмяннаго тирана тотчас созрело еще более страшное намерение, которым он, из желания достичь недосягаемаго, удивил мир своею жестокостию.

ИЗБИЕНИЕ МЛАДЕНЦЕВ

Предречение Симеона об оружии, которое пройдет душу Марии, начало исполняться с самых первых дней явления в мир Божественнаго Сына Ея. Руконосимый и питаемый у пречистаго сердца Девы-Матери, Господь, Утеха Израилева, был для Ея святаго Материнскаго чувства сколько Богом любви и блаженства, столько же и сыном опасения, скорбей и страдания. Эти опасения и страдания возникли вследствие раздражения Ирода, долго и напрасно ожидавшаго волхвов. Видя, что волхвы не возвратились в Иерусалим и не известили его о месте нахождения Младенца, и что этот Младенец как-бы ускользает из рук его, Ирод в изступлении отдал жестокое повеление избить в Вифлееме и его окрестностях всех младенцев, начиная от новорожденных и до двухлетняго возраста включительно, быв уверен, что в числе их погубит и новорожденнаго Царя Иудейскаго. Это варварское повеление было исполнено, и 14 тысяч невинных детей сделались жертвою честолюбиваго властелина. Это страшное избиение было одним из знаменательных событий, сопровождавших рождение Спасителя. Оно, как совершенное ради явившагося Мессии, вместе с предшествующими событиями и общим ожиданием Его, послужило теперь уже определительным знаком Его явления в мир и придало этому явлению еще большую известность. Вместе с этим, оно ознаменовало, что уничиженный с самаго рождения Предвечный Младенец начал страдать - сначала страданиями ради Его избиенных; да и самые младенцы Вифлеемские, крещенные не водою, а кровию, явились в преддверии христианской Церкви предтечами тех мучеников, которые своею кровию освятили оскверненную землю, чтобы она сделалась достойною к восприятию Божественнаго учения.

“Кто может описать Вифлеемское бедствие? Какой повествователь в состоянии изобразить страдание? - (так размышляет св. Григорий Нисский) - это всеобщее рыдание, этот жалостный вопль детей, матерей, родственников, отцев, издающих пронзительные стоны при угрозах палачей? Как изобразить палача, с обнаженным мечем стоящего над младенцем? Взгляд его суров и дышет убийством; речь его страшна; одною рукою он тащит к себе младенца, другою простирает меч; между тем мать с другой стороны влечет дитя свое к себе, и собственную грудь подставляет острию меча, чтобы только не видеть очами своими, как бедное дитя ея будет умерщвляемо руками палача! Как описать положение родителей, их стенания, вопли, последнее прощание с чадами своими? И все это в одно и то же время! Кто представит это ужасное бедствие во всех его видах, со всеми подробностями, сугубыя боли недавно родивших матерей, жестокия терзания природы, как несчастное дитя в ту самую минуту, когда прижималось к матерней груди, получает смертельный удар? как бедная мать подносит грудь свою к устам младенца и в то же время приемлет в свои недра кровь его? Иной палач одним размахом руки, одним ударом меча пронзал и младенца, и мать его; и кровь, истекавшая из раны матери и дитяти, сливалась в один поток”. Евангелист, повествуя об этом событии, представляет Рахиль, жену Иакова (за тысячи лет пред тем погребенную недалеко от Вифлеема), плачущею о чадах своих, сынах Израиля, избитых лютым иноплеменником.

Но как ни велики были власть и гнев изступленнаго изверга, однако Богомладенец Иисус, охраняемый свыше, был вне всякаго вреда от его ухищрений. Иосиф был предварен во сне от Ангела, сказавшаго ему: востав, поими Отроча и Матерь Его, и бежи во Египет, и буди тамо, дондеже реку ти: хощет бо Ирод искати Отрочате, да погубит е. Поэтому, взяв все нужное для дальняго путешествия, он немедленно отправился с Пречистою Девою и Иисусом в Египет.

БЕГСТВО ВО ЕГИПЕТ

Какой путь избрал в Египет праведный старец, об этом нет указаний ни в св. Писании, ни в древних преданиях. Равно и о том, что было на пути с Св. Семейством, как Оно жило в Египте, Священное Писание также молчит, и мы ничего положительнаго сказать не можем. Но есть несколько преданий, который мы и собираем здесь для любознательных читателей.

Так, по свидетельству русскаго игумена Даниила (паломника ко Св. местам 1106 - 1108 года), на восточном берегу Иордана, при самом заливе, где река впадает в Мертвое море, был монастырь Каламония (Доброе пристанище), названный так потому, что на этом самом месте будто бы останавливалась на ночлег Матерь Божия с Предвечным Младенцем, на пути своем в Египет. Далее, - древнее предание повествует, что когда Святое Семейство путешествовало, в одном месте окружили его разбойники и хотели отнять осла и те бедные пожитки, которые составляли потребность святых путешественников. Один из разбойников, удивляясь красоте Младенца Иисуса, сказал: “еслиб Бог принял на себя тело человеческое, то не был бы красивее этого малютки”; и затем не допустил своих товарищей, и особенно одного, настаивавшаго на грабеже, сделать какое-либо оскорбление путникам. Тогда Мария сказала ему: “этот Отрок воздаст тебе воздаянием благостынным”. Это был тот самый разбойник, который впоследствии, будучи распят по правую сторону Спасителя, сподобился услышать из уст Его благодатное обетование: “днесь со Мною будеши в раи”.

Первым местом по входе в пределы Египетские, где Св. Семейство отдохнуло от спешнаго пути, было селение Матариэ. Иосиф, отправившись в селение для приискания временнаго помещения, оставил Пречистую Деву с Божественным Младенцем под находившимся близ входа в селение огромным деревом; густыя ветви его осенили святых путников, дав им возможность освежиться в прохладной тени листьев от полуденнаго зноя и изнурительнаго пути по пескам пустыни. После отдохновения святых странников, дерево это осталось постоянно в том наклонном положении, которое оно приняло для их покоя, и получило целебную силу в такой степени, что листья его оказались способными для врачевания всякаго рода болезней. Кроме этого чуда с деревом, близ него внезапно пробился родник чистой, прекрасной воды, которою Богоматерь утолила Свою жажду. Этот источник существует доныне и, изобилуя вкусною водою, подобно листьям чудно наклоненнаго дерева, подает исцеление. Свойство его тем еще поразительнее, что все родники и колодцы в этой местности, как и в большей части Египта, имеют вкус солоноватый, между тем как этот родник совершенно пресный. Невдалеке от этого места, Иосифом был найден дом, в котором святые путники жили несколько времени, пока не отправились далее. Сохранение чудеснаго дерева и источника невольно поражает удивлением всех посещающих их: они с тех пор существуют почти две тысячи лет, между тем как соседственныя твердыни Мемфиса и Илиополиса сокрушились в прах, и лишь по грудам развалин можно гадать о месте, где стояли эти огромные древнейшие города.

Из повествования церковнаго историка Созомена можно заключить, что Святое Семейство простерло свой путь в Египте до Гермополиса, лежавшаго в пределах Фиваиды или верхняго Египта. По этому случаю Созомен, со слов других, передает разсказ о не менее чудном дереве, как и то, которое доселе стоит в Maтapиэ. “Разсказывают - пишет он - что в Фиваидском городе Гермополисе многие отгоняют болезни деревом, по имени Персисом, прикладывая страждущим сучек, листик, либо немного коры от этого дерева; ибо у Египтян есть предание, что когда Иосиф, взяв Христа и Святую Богородицу Марию, чтобы бежать от Ирода, пришел в Гермополис: то, при вступлении его в этот город, упомянутое дерево, имея высокий рост, не смело стоять пред прибывшим Христом, но нагнулось до самой земли и поклонилось Ему. Об этом растении - прибавляет автор - я сказал то, что слышал от многих. А сам думаю, что оно либо служило знаком присутствия Божия в городе, либо, что вероятнее, отличаясь высоким ростом и красотою, по закону языческому, было боготворимо тамошними жителями; а потому, когда при появлении Сокрушителя своего, чтимый в этом дереве диавол содрогся, потряслось и самое дерево. По словам пророка Исаии, в то время от прибытия Христа вострепетали в Египте и все идолы. В память же изгнания демонов и для засвидетельствования об этом событии, упомянутое дерево с тех пор начало подавать верующим исцеления. В Египте и Палестине каждый знает и разсказывает об этих происшествиях”. В настоящее время в местных преданиях о пребывании Святаго Семейства в Египте имя Гермополиса умалчивается: очевидно, что давность всеразрушающаго времени изгладила его из памяти туземцев.

У Коптов есть древнее предание, что Матерь Божия с Предвечным Младенцем пребывала в городе Бэнюсефе, отстоящем от бывшаго Вавилона (или стараго Каира) на три дня плавания по Нилу. Бывшие там подтверждают достоверность этого сказания тем, что на указуемом священном месте и доселе находятся остатки христианскаго храма; и если судить об этом с филологической точки зрения, то можно принять сказание Коптов: потому что имя Иосифа (по-еврейски Бэн-Юсеф) могло послужить названием тому месту, где укрывался праведный старец.

В старом Каире Египетские христиане, по преданию, наследованному от отцев, указывают также на один дом, или лучше сказать пещеру, с давних времен обращенную в христианскую церковь, где жил Предвечный Младенец с Пречистою Материю и Иосифом. В настоящее время - это Коптская метохия, во имя св. мучеников Сергия и Вакха. В этом святилище, в возвышенной предъиконостасной части с правой и левой стороны алтаря, находятся в полу две подъемныя двери, которыми сходят в пещеру, где обитало Святое Семейство. В священном мраке этого вертепа есть некоторыя приспособления для жизни, а именно: в средине его, на передней стороне, значительное углубление в стене, где Пресвятая Дева покоила Божественнаго Младенца. Место это называется “колыбелью Иисуса”. Сама же Преблагословенная Матерь почивала на каменном ложе, смежном с этим углублением. По левой стороне, за небольшою стенкою, в четырехугольном углублении, находится довольно пространная для небольшой семьи святых путников трапеза, кругом которой есть узкий ход, по тесноте этого отделения вертепа. Недалеко от трапезы, в нише продольной стены, вделана плита с углублением, назначение которой соответствует древнему обычаю: пред столом и после него, а также и утром, делать омовения. На правой стороне от колыбели, также за небольшою стенкою, помещена купель для Пречистаго Отрочати, и наконец - на другой, продольной стене - сделано углубление, в котором, как должно полагать, хранились одежды. Вертеп имеет в квадрате не более трех сажень.

Св. Отцы говорят, что прибытие Иисуса Христа в Египет ознаменовалось падением идолов во всей стране. Судя по древности и смыслу этих преданий, должно принять их с уважением. Если некогда ковчег завета, заключавший в себе только священныя вещи, будучи внесен в идольское капище Филистимлян, поверг и раздробил на части идола их: то не более ли должны были потрястись вся “рукотворенная египетская” пред Самим Господом, явившимся во плоти? “Идоли бо, Спасе наш, не терпяще Твоея крепости, падоша” -возглашает Церковь в обоих акафистах - Спасителю и Божией Матери (Икос 6).

ВОЗВРАЩЕНИЕ ИЗ ЕГИПТА

Сколько времени прожили Святые Странники в Египте, неизвестно. Но Отец Небесный благоволил воззвать оттуда Сына Своего, для явления тайны, от века предопределенной, - как об этом предсказал св. Пророк: “из Египта воззвах Сына Моего”. Ангел явился во сне Иосифу и сказал: востав поими Отроча и Матерь Его и иди в землю Израилеву, изомроша бо ищущии души Отрочате. Иосиф встал, взял Младенца и Матерь, и пошел в землю Израилеву.

Обратный путь Святаго Семейства, по палестинскому преданию, пролегал чрез долину Аскалонскую, памятную единоборством Давида с Голиафом, где дорога, не доходя до Иуты, направляется к источнику Пресвятой Девы (в селении Мальха) и уходит в долину Гигантов. За этою последнею долиною, невдалеке от Иерусалима, находится также горный ключ чистой и прекрасной воды, о котором предание говорит, что здесь Святое Семейство имело на обратном пути из Египта ночлег, во время котораго ниспослано было новое вразумление от Бога Иосифу, чтобы он не оставался в Иудее, а, отойдя в пределы Галилейские, поселился в Назарете, - что он и исполнил: да сбудется реченное пророки, яко Назорей наречется.

Таким образом, Иосиф и Пречистая Матерь, по указанию Отца Небеснаго, бегством в Египет спасли Предвечнаго Младенца от ухищрений Ирода. Приняв на Себя естество человеческое, Господь благоволил испытать немощь его, кроме греха, и, находясь в состоянии уничижения, отложил употребление Божественной власти и силы против врагов Своих. Пришедши пострадать за мир и спасти людей. Он с самых первых минут земной жизни уже начал претерпевать те гонения и поругания, которыя должны были впоследствии окончиться крестною смертию.

Пребывание Спасителя в Египте можно также назвать предварительною проповедию о новом и благодатном царстве Его, предуготовившею эту страну для успешнаго восприятия Евангелия. Страна, прежде наполненная идолами, дав убежище гонимому злобою Божественному Младенцу, по Его же благодати потом соделалась убежищем подвижников христианскаго благочестия и в своих пустынях воспитала сонм светильников, разогнавших тьму местных заблуждений. “Если бы кто - говорит св. Иоанн Златоуст - проникнул теперь в пустыни Египта, то увидел бы там страну достойнейшую и высшую всякаго рая: там узрел бы он и многочисленные хоры ангелоподобных человеков, и соборы мучеников и исповедников, и сонмы дев, и попранную власть диавола, и царство Христово, блистающее во славе; увидел бы это и в городах, и в пустынях, и в последних еще более, чем в первых. Не так блистает небо множеством и разнообразием звезд, как блистают Египетския пустыни сонмами равноангельных человеков”. Если впоследствии меч Магомета и покорил сынов святой Церкви: все-таки благодать Божия не оскудела, и в православных обителях еще хранятся заветныя древния святыни. Самая столица этой страны, среди исламизма, почтительно относится к местам, сохраняющим остатки святынь христианства, чему служат доказательством - древняя метохия патриарха Александрийскаго и Джувонийская, принадлежащая св. горе Синайской. Патриаршая метохия имеет 8 церквей в разных местах Египта, и из них главная обладает следующими святынями: чудотворным образом Божией Матери “Скорой Услышательницы”, мощами главы св. мученика Гавриила и руки св. великомученика Георгия, поразительно сохранившейся в неприкосновенной нетленности, и колонною, в которой он был привязан во время мучения.

Поиск по сайту:

Готовые иконы

Все готовые иконы

  

Создано в студии "Алекс"

© 2009 "Иконописная мастерская "ФАВОР". Все права защищены